При рассмотрении споров о признании недействительными актов государственных и иных органов обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия указанных актов, возлагается на орган, принявший акт (10-1510/3240-сон)

25.08.2015

Постановление

Судебной коллегии Высшего хозяйственного суда Республики Узбекистан

[Извлечение]

СП ООО «STROYSERVIS» (далее — СП) обратилось в хозяйственный суд с исковым заявлением к ответчику Государственной налоговой инспекции Сергелийского района (далее — ГНИ) о признании недействительным решения № 09/24 от 23 января 2015 года о доначислении за период 2010 — 2013 годов налогов и обязательных платежей в размере 1 894 435 120 сум, с привлечением третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, Государственного налогового комитета Республики Узбекистан.

Определением суда первой инстанции от 25 марта 2015 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, привлечено ООО «Story Service Sergeli» (далее — ООО).

Решением суда первой инстанции иск удовлетворен.

Постановлением суда апелляционной инстанции решение суда оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ГНИ подана кассационная жалоба на предмет отмены принятых по делу судебных актов и принятии нового решения об отказе в удовлетворении иска и оставлении в силе решения ГНИ.

Со стороны СП представлен отзыв на кассационную жалобу, где изложены доводы о законности и обоснованности судебных актов и ставится вопрос об оставлении их без изменения.

Судебная коллегия, изучив доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве, вместе с материалами дела, находит кассационную жалобу подлежащей отказу в удовлетворении, а судебные акты оставлению без изменения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, СП в соответствии с законодательством РУз учреждено в 1995 году в форме общества с ограниченной ответственностью и осуществляет предпринимательскую деятельность по производству строительного кирпича.

На основании пункта 1 Указа Президента Республики Узбекистан № УП-1987 от 9 апреля 1998 года «О мерах по дальнейшему стимулированию развития частного предпринимательства, малого бизнеса», принимая во внимание, что среднегодовая численность работников СП составляла 85 штатные единицы в 2010 году, 85 — в 2011, 90 — в 2012 и 91 — в 2013 годах, СП относится к субъектам малого бизнеса.

Согласно статье 350 Налогового кодекса Республики Узбекистан (далее — НК) микрофирмы и малые предприятия являются налогоплательщиками единого налогового платежа.

Так, СП все годы деятельности по упрощенной системе налогообложения исполнял все налоговые обязательства, что неоднократно подтверждалось проверками со стороны налоговых органов, а также аудиторскими заключениями.

СП за период с 2007 по 2014 годы неоднократно заключал ряд договоров подряда с ООО, согласно которым ООО принимало на себя обязательства изготовлять из материалов и на оборудовании СП кирпич-сырец, являющийся полуфабрикатом продукции СП. Основные технологические процессы по изготовлению качественного жженого кирпича из этого полуфабриката СП при этом всегда исполняло собственными силами.

В ходе проверки проведенной сотрудниками ГНИ было вынесено решение, согласно которому ГНИ оценила заключенные между двумя юридическими лицами договора подряда «иными договорами гражданско-правового характера» и пришла к выводу, что СП «при определении среднегодовой численности работников не было включено количество работников, нанятых в целях скрытия среднегодовой численности работников путем заключения договоров подряда и других договоров гражданско-правового характера», при этом ГНИ включило всех сотрудников ООО в число сотрудников СП, тем самым искусственно увеличил среднегодовую численность работников СП до 127 единиц в 2010 году, 123 — в 2011, 126 — в 2012 и 126 — в 2013 годах.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами ГНИ, что СП не являлось в проверяемые годы малым предприятием и не имело права на уплату налогов в упрощенном порядке.

Согласно статье 350 НК к микрофирмам и малым предприятиям относятся юридические лица, которые по численности работников соответствуют установленному законодательством критерию. При этом:

численность работников определяется исходя из среднегодовой численности работников за отчетный год;

при определении среднегодовой численности работников учитывается также численность работников, принятых на работу по совместительству, договорам подряда и иным договорам гражданско-правового характера, а также численность работающих на унитарных (дочерних) предприятиях, в представительствах и филиалах;

при отнесении юридического лица к категории микрофирм и малых предприятий принимается критерий численности работников, соответствующий основному (профильному) виду деятельности юридического лица.

Установлено, что унитарных (дочерних) предприятий, представительств и филиалов СП не имеет, о чем также свидетельствует акт проверки. Кроме этого, в совокупную численность были включены работники, принятые на работу по трудовым договорам, как по основному месту работы, так и по совместительству.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами ГНИ, что со стороны СП были заключены договора подряда с ООО с целью скрытия найма рабочей силы, поскольку между СП и ООО были заключены договора на выполнение работ, по всем выполненным работам составлены счет-фактуры и акты выполненных работ, осуществлена оплата. При этом, ООО является самостоятельным юридическим лицом, единственным участником которого является физическое лицо Сандип Кумар, никак не взаимосвязанный ни с СП, ни с его участниками. Кроме того, налоговые органы, осуществлявшие проверки СП в период с 2007 по 2009 годы, никаких нарушений в сотрудничестве между СП и ООО не установили.

В соответствии со статьей 55 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Узбекистан, при рассмотрении споров о признании недействительными актов государственных и иных органов обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия указанных актов, возлагается на орган, принявший акт. При рассмотрении дел о применении мер правового воздействия к организациям и гражданам обязанность доказывания обстоятельств, являющихся основанием для применения мер правового воздействия, возлагается на контролирующий орган.

Также, материалы проверки ГНИ были направлены в Департамент по борьбе с налоговыми, валютными преступлениями и легализацией преступных доходов Сергелийского района, которые были в последующем возвращены, с указанием на то, что при проведении проверки сотрудниками ГНИ нарушены требования статей 88, 101 НК, а также нарушение со стороны СП статей 350-351 НК и превышение численности его работников установленной нормы в 100 сотрудников должны быть подтверждены бухгалтерскими документами, которые в материалах проверки отсутствуют (л.д. 325, 326).

Однако со стороны ГНИ не представлены такие доказательства в ходе рассмотрения дела. Следовательно, нарушение со стороны СП требований статей 350-351 НК не доказано.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего хозяйственного суда Республики Узбекистан № 161 от 15 июня 2008 года «О судебном решении» выносимое судом решение должно быть в полном соответствии с нормами материального и процессуального законодательства, соответствовать материалам дела и установленным судом обстоятельствам.

Принимая вышеизложенное, судом первой инстанции дана правовая оценка всем обстоятельствам дела, имеющим значение для дела, и принято обоснованное и законное решение об удовлетворении искового требования СП, а судом апелляционной инстанции правомерно оставлено решение суда без изменения.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия находит решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции подлежащими оставлению без изменения, а кассационную жалобу — без удовлетворения, с оставлением уплаченных судебных расходов в размере 7 000 сум на ГНИ и возвращением излишне уплаченных судебных расходов в размере 200 сум.

25 августа 2015 г.,

№ 10-1510/3240